Информационный портал города Ипатово > --- > «Все-таки — новая опричнина!»

«Все-таки — новая опричнина!»


19 февраля 2010.
«Все-таки — новая опричнина!»

«Все-таки — новая опричнина!»
Максим Калашников
Писатель и публицист
    17 февраля в Институте динамического консерватизма прошел семинар на тему «Опричнина и опричная идея: Мифы и историческая действительность». Ведущие политологи, экономисты и историки собрались, чтобы поговорить о том, почему, на их взгляд, именно сейчас в России настало время для новой опричнины. KM.RU предлагает вниманию своих читателей материал одного из идеологов «новой опричнины» – известного публициста Максима Калашникова. Репортаж KM TV о прошедшем в ИДК семинаре вы можете посмотреть здесь.http://tv.km.ru/oprichnina_sverxu_luchshe_chem_p

    Продолжая тему конструирования возможного русского прорыва в новый мир (и выхода из нынешнего глобокризиса), наш Институт динамического консерватизма считает: самый реальный путь – создание института новой опричнины как параллельного контура управления. Опричнины как «инобытия», способного очистить нынешнее российское общество и государственный аппарат. Эту тему мы уже затрагивали. Теперь нужно четче расставить акценты. Что такое новая опричнина? И каковы ее главные задачи?

Самая проклятая проблема

    Самая тяжелая для нас проблема сегодня – в криминализации не только государственного аппарата, но и изрядной части общества. За последние 20 лет случилось ранее невиданное: страсть к личному обогащению любой ценой объяла политиков и чиновников, причем не только в РФ и на иных постсоветских обломках. Нет – процесс дикого корыстолюбия захватил весь мир. Наблюдается он и в США. Корыстолюбие и алчность, став знамением времени, порождают дикую коррупцию, буквально уничтожающую все здоровое на корню.

    Раньше люди тоже гнались за личным обогащением. Алчность – не изобретение либерально-монетаристской эпохи. Но все же государственные мужи прошлого были наделены также иными мотивами: стремлением оставить свое имя в веках славными делами, поднять державу к высотам могущества. Теперь же личная корысть вытесняет все. Мало того, люди без личной корысти в либеральном истеблишменте считаются опасными маньяками.

    В РФ эта тенденция дошла до критического предела. Криминально-коррумпированное государство – вот плод такой морально-умственной болезни. А коррупция (и вряд ли надо кому-то сие доказывать) порождает сдачу национальных интересов, уничтожение русской производительной экономики, истребление полезных инноваций, засилье иностранных корпораций на нашей земле, вымирание народа и вечную отсталость страны. Консервацию ее полуколониального, сырьевого статуса. Не только превращение культуры в зловонную помойку – но и гниение самой нации, ее необратимый раскол. Коррумпированная «элита» склонна замыкаться в себе, превращая государство в орган колониальной эксплуатации народа. Смерть подобной страны – вопрос только времени.

    Именно коррумпированность общества в РФ – самая главная беда нашего времени. Мать всех прочих бед.

    Проблема «сторожа над сторожами»

    Самое же ужасное – в том, что государственный аппарат РФ уже не может очиститься от тотальной коррупции самостоятельно. Алчные существа крепко в нем засели, не пуская в него честных и компетентных. Шел и идет «антиотбор». Даже чаемое возвращение либеральной демократии ничего не изменит: там все будут решать деньги (контроль над политиками и СМИ, взятки судьям). А значит, у власти останутся все те же лица с той же личной корыстью.

    Печальный опыт «оранжевой революции» на Украине (тот же, по сути, социум) показал, что никакие либерал-демократические процедуры не уничтожают ни коррупции, ни всевластия криминализованной «элиты». Т. н. гражданское общество (в случае с США) оказалось бессильным и в расследовании убийства президента Кеннеди, и во вскрытии истинных механизмов трагедии 11 сентября 2001 года. Несмотря, кстати, на титанические усилия и разоблачительные материалы и фильмы в Интернете (вариант того же сюжета – история с загадочными взрывами домов в РФ в сентябре 1999-го).

    Общество – в тупике. Одни призывают просто легализовать взятки, отпилы и откаты. Другие ждут прихода «русского Вацлава Гавела», каковой каким-то образом декриминализует наш несчастный социум. Но это – из сферы сказок.

    Но если либерал-демократические рецепты бессильны, то и диктатура в привычном ее виде – тоже не выход. Здесь возникает классическая проблема «сторожей». Если над госаппаратом поставить суровых контролеров с большими полномочиями, то они тоже коррумпируются. Значит, над ними тоже нужно ставить контролеров. И над контролерами контролеров – новых сторожей. И так – до бесконечности.

    Тупик? Нет. Выход, на наш взгляд, есть.

Принципиальный замысел

    Стержневой замысел прост: необходимо создать диктатуру честных, патриотических людей, стоящих над государством. Людей, лишенных своекорыстных мотивов, одержимых идеей величия страны и сбережения народа. Они должны составить сплоченное сообщество, способное контролировать госаппарат, выдвигать свои фигуры на ключевые руководящие посты, формировать судейский корпус, прокуратуру, спецслужбы и руководство МВД. Оно же может задать инновационные задачи для государства, формировать стратегические векторы развития страны.

    Это – своего рода корпорация «суровых судий». Суровых, но справедливых. При этом она должна опираться на структуры гражданского общества и на местное самоуправление, взаимодействуя с ними. Такая корпорация должна рекрутировать людей из всех слоев общества, отбирая тех, кто сочетает ум, патриотизм и бескорыстие в служении Общему делу. Причем отбор достойных ведут сами члены Корпорации умных, сильных и неподкупных. Никакой бюрократии – действует объективный механизм отбора. Такой же, как в Георгиевской думе при царе, отбиравшей тех, кто достоин награждения высшим орденом Империи.

    Таким образом, снимается проблема «сторожей над сторожами». Уничтожается самая страшная коррупция. Разбиваются коррупционно-бюрократические заструги на пути живительных инноваций. Экономятся огромные бюджетные средства (за счет применения сверхэффективных технологий и пресечения «отпильных» схем). В то же время убивается всевластие духа не ограниченной ничем личной наживы, отравляющее сегодняшний социум.

    Подобный образ действий описан в художественных книгах Романа Злотникова («Виват, Император!» и др.). Там роль новой опричнины играет особый Терранский университет, берущий власть над постсоветской Россией. В нехудожественной форме те же механизмы «параллельного государства» описаны в трудах автора сих строк.

    Это и есть новая опричнина – путь национального русского спасения в нынешнем веке.

Общий абрис

    Мы предложили построить новую опричнину как систему параллельного управления. С подсистемами подготовки, поиска и расстановки кадров. Со своими спецслужбами и небольшой армией (лабораторией будущего). Со своими финансовыми и инновационными структурами, со своей наукой и системой школ/университетов. Во всеоружии высоких гуманитарных технологий, организационного оружия, систем предвидения и прогноза.

    Лично автора этих строк вдохновил цикл романов Айзека Азимова об Академии и Империи.

    «На протяжении всей известной истории Человечества его достижения лежат главным образом в сфере физической технологии, в способности управлять неодушевленным миром, окружающим Человека. Самоконтроль и управление социальными явлениями были оставлены на произвол судьбы или исключительно слабых попыток систем интуитивной этики, основанных на воодушевлении и первичных эмоциях. В итоге не существовало ни одной культуры, стабильность которой превышала бы 55%. И все это – результат величайшей ошибки Человечества...

    ...Огромное большинство человеческих существ с психологической точки зрения настроены на то, чтобы принимать участие в приоритетном развитии физических наук, и все они получают за счет этого грубые и осязаемые преимущества. Однако все же существует крайне ограниченное меньшинство людей, от рождения способных вести Человечество по пути величайших достижений науки о мышлении, но ценности, получаемые при этом, хотя и более долговечны, гораздо менее очевидны и более тонки. Кроме того, поскольку такая ориентация привела бы к созданию хоть и миролюбивой, но все-таки диктатуры лучших в психологическом плане, то есть фактически – элиты Человечества, – это вызвало бы недовольство и возмущение большинства, и такое общество не сможет быть стабильным, – без применения силы, которая подавляла бы остальное Человечество на грубом уровне. Подобное развитие событий для нас нежелательно, и его следует избегать».

    Это – цитата из знаменитой трилогии «Академия» (или «Основания») Айзека Азимова, написанной в самом конце 1940-х гг. Именно Азимов придумал психоисторию – науку о предвидении будущего людских цивилизаций и о возможности управления этим будущим. Эта книга тем более интересна для нас, живущих на обломках великой Империи – СССР, что нас разгромили именно с помощью того, что можно назвать психоисторией и управлением будущим.

    Порожденный воображением Азимова ученый Гэри Селдон создал психоисторию. Он жил в огромной и мощной галактической империи, и смог разглядеть будущий распад этой Империи. Спасти ее было уже невозможно: мешали закостенелость мышления правящих верхов, их загнивание и рост сепаратизма. Селдон предвидел страшные хаос, войны и варварство после распада супергосударства, которые грозили растянуться на тысячелетия. И тогда он решил сократить период смуты и ускорить создание новой империи на развалинах старой, создав две Академии. Одну – носительницу науки и закрывающих технологий в привычном, физическом смысле этого слова. Вторую – носительницу высоких гуманитарных, психических технологий, центр создания нейролюдей, люденов. Тех, кто, собственно, и должен взять в руки управление историей.

    Вот, пожалуй, самый общий абрис новой русской опричнины. Более инструментально она описана в материале, который можно посмотреть по ссылке, указанной выше.

Отделяя «первый блин» от нынешнего конструирования

    Обычно при слове «опричнина» испуганно шарахаются прочь, поминая явно неудачный опыт первой опричнины при Иване Грозном. В самом деле, та опричнина не смогла радикально обновить элиту, не пресекла коррупцию и воровство, притянула к себе множество проходимцев.

    Но зачем зацикливаться на прошлом? У Грозного не имелось совершенных гуманитарных технологий для отбора людского ресурса. Не было у него современных управленческих технологий, да и телекоммуникаций. Вообще развитие техники и знаний ушло далеко вперед за последние четыре с половиной столетия. Апеллировать к неудачному опыту Ивана IV глупо: замысел-то был верным.

    Приведем такую аналогию. Перед тем, как братья Райт подняли в воздух первый успешный аэроплан (самолет) в 1903 году, были три неудачные, но впечатляющие попытки построить летательный аппарат тяжелее воздуха (машины Можайского, Адера и Лэнгли). Все три потерпели аварии. Если бы умники тех времен на основании трех неудач закрыли самолетостроение как класс, это имело бы печальные последствия для развития цивилизации. Так и в случае с опричниной не нужно ссылаться на малоудачный первый опыт. Тем более что есть намного более удачный вариант – сталинский. Принцип-то оказался верен: централизация страны в интересах не олигархии, а нации в целом (определение Андрея Фурсова).

    Смысл опричнины («опричь» – «кроме») – как раз в создании параллельного контура управления в больном обществе и при коррумпированном государстве.

    Сегодня нужно двигаться дальше, избегая ошибок Грозного и Сталина. Новая опричнина может отличаться от прежних вариантов так же, как напичканный электроникой реактивный лайнер – от хлипких «этажерок» столетней давности.

    Сила опричнины тем более должна опираться на низовую демократию: самоуправление и группы гражданского действия, возникающие неформально. Они – кадровый резерв опричников.

Жгучая необходимость

    При этом новая опричнина представляется нам единственным возможным выходом для страны. Для дела ее спасительной модернизации (хотя лично я предпочитаю иное слово – «развитие»).

    Дело в том, что в привычных координатах Российская Федерация обречена на смерть. Для выживания ей нужно прыгнуть сразу из Четвертого в Шестой технологический уклад. И это – в условиях демографического кризиса (отчаянная нехватка молодых людей), деградации образования, при разрушенной промышленности высших разрядов, при сильнейшем физическом износе техносферы, во враждебном окружении. Да еще и притом, что «элита» РФ фактически живет за границей, связывая свое будущее с Западом, а не с Русским миром.

    В этих условиях от социума потребуется сверхусилие, новая мобилизация. Опричнина тут жизненно необходима. Хотя бы для экономии сил и средств, для слома «элитного саботажа» и кадрового оздоровления. Я не говорю уж об очищении такой важной для развития страны сферы, как культура в широком смысле, включающая в себя и «попсу», и телевидение.

    Идем далее: несомненно, мы присутствуем при конце либерально-монетаристской модели развития, господствовавшей в мире добрых 30 лет. В будущем выиграют те, кто поставит на создание новой цивилизации, применив экономический национализм, новую индустриализацию и самые смелые инновации во всех сферах жизни.

    Для осуществления такого курса потребуется, по сути, новая элита, отличающаяся от нынешней (сырьевой и коррупционной, намертво пропитанной либерал-монетаризмом) так же, как сталинские менеджеры первых пятилеток отличались от старой ленинской гвардии. Нынешние вельможи и чиновничий корпус РФ в массе своей не годятся для движения страны в нужное будущее. Но кто сможет поставить целый корпус «молодых капитанов», что «поведут наш караван»?

Только новая опричнина. Сконструированная с умом и фантазией. На основе прочных знаний.

    Постепенно расширяясь на всю страну, опричнина перестанет быть опричниной. Изменив общество, она станет всеобщей реальностью. При этом мы изначально отказываемся от того, чтобы делить РФ на земщину и опричнину территориально. (Первая опричнина громадным клином врезалась в карту Московского государства.) Нет! Две системы – старая и новая – должны жить на одной и той же территории. Скорее, очаги роста и футурополисы – оплоты опричнины-XXI – будут аналогами закрытых городов ВПК СССР. Но некоторая их территориальная обособленность не идет ни в какое сравнение с масштабным разделением XVI столетия. Новая система в данном случае становится новым, молодым и сильным «сердцем», снабжающим здоровой кровью систему старую. И тем самым ее обновляющим.
Источник: Русский обозреватель

Вернуться назад